Неточные совпадения
Раньше чем Самгин успевал объединить и осмыслить эти два факта, он уже слышал: «Петербургским Советом рабочих депутатов борьба за восьмичасовой
день прекращена, объявлена забастовка протеста против казни кронштадтских матросов, восстал Черноморский
флот».
Военный
флот то и
дело бомбардирует; торговый — перевозит драгоценные грузы.
За десять лет до прибытия в Глупов он начал писать проект"о вящем [Вящий (церковно-славянск.) — большой, высший.] армии и
флотов по всему лицу распространении, дабы через то возвращение (sic) древней Византии под сень российския державы уповательным учинить", и каждый
день прибавлял к нему по одной строчке.
Не вынес больше отец, с него было довольно, он умер. Остались дети одни с матерью, кой-как перебиваясь с
дня на
день. Чем больше было нужд, тем больше работали сыновья; трое блестящим образом окончили курс в университете и вышли кандидатами. Старшие уехали в Петербург, оба отличные математики, они, сверх службы (один во
флоте, другой в инженерах), давали уроки и, отказывая себе во всем, посылали в семью вырученные деньги.
–"La belle Helene"? Mais je trouve que c'est encore ties joli Гa! [«Прекрасная Елена»? А я нахожу, что и это еще хорошо! (франц.)] Она познакомила нашу армию и
флоты с классическою древностью! — воскликнул Тебеньков. — На
днях приходит ко мне капитан Потугин: «Правда ли, говорит, Александр Петрович, что в древности греческий царь Менелай был?» — «А вы, говорю, откуда узнали?» — «В Александринке, говорит, господина Марковецкого на
днях видел!»
Право, жизнь совсем не так сложна и запутанна, как ты хочешь меня уверить. Но ежели бы даже она и была такова, то существует очень простая манера уничтожить запутанности — это разрубить тот узел, который мешает больше других. Не знаю, кто первый употребил в
дело эту манеру, — кажется, князь Александр Иванович Македонский, — но знаю, что этим способом он разом привел армию и
флоты в блистательнейшее положение.
Люди занимаются
делом, обсуждают новый закон о книгопечатании, предпринимают реорганизацию армий и
флотов, а к ним лезут с протестами против бесповоротного удара судьбы!
— Но как дерзнул ты заключить мир не только без моего согласия, но даже не посоветовавшись со мной?.. Мир невыгодный, и в тот самый
день, когда Ушаков одержал победу над турецким
флотом у мыса Калакрии, когда султан уже трепетал видеть русский
флот под стенами Царьграда… Несчастный!
На другой
день Екатерина посетила порт и ездила за двадцать верст в море, где
флот произвел в глазах ее учение с пальбою и разные эволюции, окончившиеся примерным нападением на деревянную крепостицу, нарочно для этого устроенную на северном берегу рейда.
— Как? — сказал удивленный де Линь. — А Кинбурнская победа… отплытие
флота… неужели все это ни к чему не послужит?.. Я скакал
день и ночь. Меня уверяли, что вы начали осаду!
— Так-то оно так, ваше благородие, а все-таки, если не здря, а за
дело, никак без эстого невозможно. Я вот, барин, пятнадцать лет во
флоте околачиваюсь, всего навидался, но чтобы без боя — не видал… И никак без него невозможно! — тоном, полным глубокого убеждения, повторил старый матрос.
И в данном случае, представляя к награде капитана, хотя и попавшего в беду и едва не потерявшего вверенного ему судна, но показавшего себя в критические минуты на высоте положения, адмирал дает полезный урок
флоту, указывая морякам, в чем истинный дух морского
дела, и поддерживая этот дух нравственным одобрением таких хороших моряков, как командир клипера…
Когда в тот же
день старший офицер призвал к себе в каюту обоих боцманов, Федотова и Никифорова, двух старых служак, отзвонивших во
флоте по пятнадцати лет и прошедших старую суровую школу, и сказал им, чтобы они бросили линьки и передали об этом остальным унтер-офицерам, то оба боцмана в первое мгновение вытаращили удивленно глаза, видимо, не веря своим ушам: до того это казалось невероятным по тем временам.
Кстати, надобно сказать тебе, что на
днях я об тебе говорил с Шамардиным, который с тобой был у Малиновского в Каменке; он теперь служит в Омске и был в Ялуторовске по
делам службы. От него я почерпаю сведения о
флоте, хотя этот источник не совсем удовлетворителен. Он человек честный, но довольно пустой.
Английская эскадра подошла к Тулону уже на третий
день после ухода оттуда французского
флота.
Отменение внутренних таможен, официальное поощрение разных отраслей промышленности, учреждение почт, старание образовать регулярные войска, попытка завести
флот — все это остается памятником постоянных усилий царя привести в лучший вид течение
дел в его государстве.
Он мог уже и в это время повелеть и сам приняться за
дело, мог призвать из-за границы учителей, как призвал корабельных мастеров, мог выстроить училища, гимназии, университеты, как выстроил
флот, завести музеи, библиотеки, как завел регулярное войско…
Но теперь пока, пораженный несовершенством войска, он почти исключительно занят
делами военными и в особенности сооружением военного
флота.
После того, насмотревшись на голландские и английские корабли, Петр, по собственным словам его, всю мысль свою уклонил для строения
флота, и «когда за обиды татарские учинилась осада Азова, и потом оный счистливо взят, по неизменному своему желанию не стерпел долго думать о том, — скоро за
дело принялся» (Устрялов, том II, приложение I, стр. 400).
Он даже начал
дело с простой шутки, думая, что люди, не подорожившие своими средствами для постройки
флота, видевшие превосходство иностранцев в разных знаниях и искусствах, отрекшиеся, по воле царя, от своей величавой, неподвижной спеси, прогулявшиеся за границу или слышавшие подробные рассказы очевидцев о чужих землях, — что люди эти не постоят уже за кафтан и бороду.
Кампания 1791 года в Турции велась довольно деятельно, потому что Потемкин проживал в Петербурге, сдав войска во временное начальствование князя Репнина. Она ознаменовалась несколькими крупными
делами: взятием штурмом Анапы, разбитием турецкого
флота при Калакрии, победою князя Репнина при Мачине.
Стало светло, как
днём. Загремели орудия. Наш
флот с моря стал действовать перекидным огнём, и японцы потерпели полное поражение, потеряв 28.000 ранеными и убитыми, т. е. более трети осаждающей армии.
Но
день шел за
днем, — невероятное оказывалось верным: грозный
флот, который так восхваляли, веру в который так усиленно старались вселить в армию, —
флот этот, словно игрушечный, разлетелся в куски под дальнобойными орудиями Того, не принесши японцам никакого вреда.
Напрасно Станислав Понятовский объявлял амнистию за амнистией: никто почти не обращал на них внимания, и конфедераты продолжали свое
дело. Версальский кабинет подавал им надежду на вооруженное вмешательство Франции в войну России с Турцией. Говорили, что в Тулоне снаряжается сильная французская эскадра, которая должна идти на помощь бедным остаткам турецкого
флота, сожженного Алексеем Орловым при Чесме.
Его осветили прожектором, и от него с его торпедой осталось только большое кровавое пятно на бетонной стене, но на другой же
день все мичманы и лейтенанты японского
флота засыпали адмирала Того прошениями, где они вызывались повторить тот же безумный подвиг.
В тот
день, когда ужасный разгром русского
флота у острова Цусима приближался к концу и когда об этом кровавом торжестве японцев проносились по Европе лишь первые, тревожные, глухие вести, — в этот самый
день штабс-капитан Рыбников, живший в безыменном переулке на Песках, получил следующую телеграмму из Иркутска...
— В порту, где происходят ремонт и постройка морского
флота судов. Оклады тогда шли не очень чтобы сказать большие, но сторонний доход по тому времени выпадал обильно, — просто было! Можете судить по тому, что с должности редкий
день уходили не обмотавшись…
Твердейшие опоры ее пали; воинство унывало; страшные Янычары страшились одного имени Россиян; море, отверстое для наших
флотов, всякий
день могло представить очам Султана флаг Екатерины…
Если вам, императорам, президентам, генералам, судьям, архиереям, профессорам и всяким ученым людям, нужны войска,
флоты, университеты, балеты, синоды, консерватории, тюрьмы, виселицы, гильотины, — устраивайте всё это сами, сами с себя собирайте деньги, судите, сажайте друг друга в тюрьмы, казните, убивайте людей на войнах, но делайте это сами, нас же оставьте в покое, потому что ничего этого нам не нужно и мы не хотим больше участвовать во всех этих бесполезных для нас и, главное, дурных
делах».
До сих пор он держался «военной линии» и рассказывал о себе по секрету, что он через какое-то особенное
дело стал вроде французской «Железной маски» или византийского «Вылезария», а после истории с «Талькой» он начал набожно вздыхать, креститься и полушепотом спрашивать: «Позвольте узнать, что нынче в газетах стоит про отца Иоанна и где посещает теперь протосвятитель армии —
Флотов?»
Морячкам тоже фитилек вставлю: год во
флоте, год в армейской пехоте. Чтоб, ежели придется, вровень с нами страдали. А то ленточки пораспустили, штаны с начесом, порция усиленная… Война грянет, — он кой-когда, пес, по пустой воде выпалит, а у нас, сухопутных, что ни
день — полный урон…
Кто-то из охотников вмешиваться не в свое
дело сообщил письмом князю Петру Ивановичу, что в Орловской гимназии происходят будто бы непозволительные вещи, — а именно — будто учитель истории (кажется) Вас. Ив. Фортунатов (тогда уже почтенный старик) излагает ученикам «революционные экзерсисы», а почетный попечитель гимназии,
флота капитан 2-го ранга Мордарий Васильевич Милюков (на дочери которого впоследствии был женат В. Якушкин), будто бы оказывает этому вредному
делу потворство.